Михаил Угаров (m_u) wrote,
Михаил Угаров
m_u

Драматурги против репрессий

В Театре.doc продолжается акция в защиту Владимира Некляева, политического заключенного в Белоруссии.
В защиту тех, кто сейчас в тюрьме, - в Белоруссии и России.
Против незаконных арестов оппозиционеров в Москве.
Выступление драматурга Любови Мульменко (Пермь)

Любовь Мульменко:
На витрине белорусского шмоточного магазина в Екатеринбурге объявление: «Скидка политическая 10% (от Лукашенко)». Заглянула нарочно, спросила у продавщицы, что это значит. Ну это просто чтобы люди улыбались, сказала продавщица. Она вроде бы немножко обиделась за то, что я не считала шутку.

Мне всё чаще кажется, что я без чувства юмора человек. И ещё чаще — что без специального гражданского чувства. Меня знамёна смущают в принципе. Стоит кому замахать флажком любого цвета — и я смущена.

Вот важная подруга, близкая, два года назад решила делать революцию: пообещала, что все буржуины будут убиты. А кто буржуин, спросила я. А В.В, наш любимый университетский преподаватель — буржуин? А я — буржуин? Там же не поймёшь в суматохе, то ли буржуин, а то ли просто реакционный класс, придётся, видимо, до врагов округлять всех нереволюционеров. Или вот другой товарищ, сытый, творческий, по моде одет, понимает в артхаусном кино, заявил мне в таком сплине: что-то изговнилось всё, нужно очистить этот ёбаный мир кровью, обновить культурные и общественные процессы. Мальчик, не нюхавший пороху, знающий о крови исключительно по поэтическим текстам, пользующийся всем набором благ, которые предоставляет ненавидимое им общество потребления, заскучав, испрашивает суровой справедливости. Да противно. Те, другие революционеры его точно подписали бы за буржуина и были бы правы. Иди вагоны разгружай, а не на выставку видеоарта. Или хоть подерись с кем-то руками за дело, чтобы понимать потом чётко: вот метафора, а вот реальное мясо.

Примерно лет пять назад, модно было иронически относиться к оппозиции. Бегают, типа, такие оголтелые дурачки, кричат «Да, смерть!»: примитивная риторика, бредовая программа. А власть ничего себе у нас, не без национального колорита, не без колхозности, но зато и не без брутальности, и в конце концов всё-таки поприличнее этих.

Относительно недавно пошла другая волна. Модно стало оппозицию поддерживать. Про митинги начали думать, что это не сходка умалишенных радикалов, а ивент. Изящно шутить о кровавом режиме, лягать власть — не на поражение, а так, скорее ради демонстрации своей осведомлённости и острословия — тоже стало в тему. Сергей Шнуров, храня имидж голосующего против всех, отпраздновал апогей этой моды песней про Химкинский лес, но прокололся. Потому что там у него налицо второй уровень выебонов: если неооппозиционеры просто выёбывались, то этот выёбывался тем, что не выёбывается.

И, наконец, новейшее поветрие: модно — воздерживаться. Модно — снисходительно наблюдать за тем, как возятся придурки по обе стороны баррикад. Модно — сказаться усталым, умыть руки и мудро воспарить «над ситуацией».

И именно в это самое время начинает объективно происходить такое, что эта усталая воздержанность хуже всего. Слова, которые всё-таки звучат вопреки тренду, звучат удивительно, честно и при этом не фанатично. То есть люди теперь не машут знамёнами, знамён больше не бывает, — они просто говорят, и это в условиях стагнации чуть ли не действительный акт. Политической оппозиции тоже теперь не бывает, а бывает простая общечеловеческая логика: нельзя сортировать народ по воронкам, нельзя их беспредельно в казематы. Поэтому я совсем не испытываю, как прежде, смущения, когда читаю об этом и когда пишу. Как-то, в общем, не до него уже. Очень некстати наступила эта худшая из мод — на молчание.

 

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments