September 8th, 2011

Двое в твоем доме. Документальная драма


Историю домашнего ареста в Белоруссии авторы определяют как "драму пространства"
Фрагменты спектакля будут показаны на Любимовке 13 сентября в 19.00
Владимир Некляев - Максим Курочкин
КГБшник - Алексей Маслодудов
Фото Владимира Луповского

Синий слесарь

Сегодня в Театре.doc отмена спектакля "Синий слесарь".
Потому что нет больше Никиты Емшанова. И спектакля больше нет.



Блестящее высказывание Максима Курочкина в журнале "Искусство кино"

Кино – это искусство воздействия, благородное искусство насильственной трансформации. Картинки, музыка, актерские подвиги - конечны. Наборы аттракционов и их комбинации, как ресурс воздействия, заканчиваются. Слова и сочетания слов – только начинаются. Кино этого века будет жить в словах, картинка перестанет кого-то всерьез волновать, она уже сейчас не сообщает ничего важного. Все картинки одинаковые, все совершенные картинки – одинаково пошлые. Только картинка, распятая на станке слова, имеет будущее. Только невыносимо точное соответствие замыслу автора означает - кино.
В 1951 году мелкий гангстер Хэрри Грей написал книжку о гангстерах и профсоюзном движении. Он описал быт подонков, их мысли, технологию выживания в большом городе, он озаботился тем, чтобы объяснить человека убивающего, деконструировать романтику насилия. В 1984 году Серджо Леоне снял фильм «Однажды в Амерке», основанный на книге Грея. Леоне не был мелким гангстером. В своем фильме он исказил и облагородил технологии уличного заработка, подменил неудобные мысли героев  многозначительными=малосодержательными крупными планами, проигнорировал рутину, несвободу, повседневную униженность солдат «организации», саму «организацию» замолчал, создал визуальное и звуковое утешение всем рэкетирам до конца времен. Точное и горькое наблюдение, что любого можно купить за кремовое пирожное (это сквозная тема романа) превратилось в обаятельную зарисовку о природе детства. После «Однажды в Америке» мир стал отчетливо хуже. Бандит любого масштаба, вернувшись домой после тяжелого дня, получает оправдание своим трудам в предельно художественной форме. Ну и мы, овцы, тоже чему-то радуемся. Если бы «Иди и смотри» снимал Серджо Леоне, мы бы ездили в отпуск сжигать белорусские деревни.
Кино – это слово. Мысль. Мысль изменяющая. Видимая реальность кинопромышленности этому утверждению противоречит. Но реальность это щепка Возможности. И преступно поклоняться щепке, когда жив Иггдрасиль.
Искусство кино, 2011, № 4